В Государственном архиве Кировской об­ласти есть фонд 247. Составляющие его 290 «единиц хранения» представляют собой доку­менты, связанные с историей основанного в 1580 году в г. Хлынове (Вятке) Успенского монастыря. Это указы и  грамоты властей на право владения обителью землей угодьями, опись монастырского имущества, ведомости о церквах, списки монахов и многое другое.

Без использования архивных документов вряд ли можно считать сколько-нибудь серьез­ным то или иное историческое исследование. Прекрасно понимая это, вятские историки строили свои труды именно на письменных свидетельствах старины, особенно тогда, ког­да речь шла об Успенском Трифоновом монас­тыре.

К таковым нежно отнести работы А.Спицына «Вотчины Вятского Успенского Трифонова монастыря» и К. Селивановского «История Вятского Трифонова монастыря», вышедшие в  г. Вятке соответственно в 1885 и 1912 годах. Именно они и были использованы в рукописи, хранящейся в архиве Малмыжского районного краеведческого музея. А на­зывается она так: «Село Вятские Поляны Малм ( ыжского ) у («езда), пристань на р. Вятке и ст(анция) Казан(ской) жел(езной) дор(оги), в 45 в(ерстах) от г.Малмыжа».Составитель рукописи, вероятно, историк М.Г.Худяков. Вот выдержки о рукопи­си:

В 1595 г. во время длительного пребывания св.Трифона в Москве, царь Федор Иоаннович дал ему грамоту об отводе во владение Успенскому Хлыновскому монастырю Вятских Полянок в Ка­занском уезде...Дозорная книга Хлыновского Успенского монастыря описывает: «Да во 7104 году(1601 г.) блаженные памяти по государеве и великого князя Федора Иоанновича и всея Руси грамота дана  и монастырю в Казанском уезде от Хлыновского монастыря 250 верст, от речки от Воштормы Полянки по Вятке реке и на тех Полянках сенные покосы до заводи Бахмутьевска, да заводь Чернеевская и около тех Полянок и по Вятке реке рыбные ловли от нижние Воштормы до Ахмутовы курьи».

А по дозору Казанца Менщика Мишакова, да подъячего Рода Мелентьева написано: «И на тех Полянках архимандрит Трифон с братией в 7107 году (1599г.) храм поставил во имя Рождества Христова, деревян с трапезою, а образы и книги и сосуды церковные в этот храм сосланы из Хлыновского монастыря, а на тех Полянках пашни еще нет и сенные покосы нерасчищены, а зачинают крестьяне на тех Полянках селиться – пашни пахать и сенные покосы расчищать внове».

Далее перед нами выписка из переписных книг переписи «села Рождественского Поляны тож» за 1646 год. Из них мы узнаем имена, бытовавшие в те времена: "дворы крестьянские – Сенька Яковлев сын Тюрин с детьми, Офонька Терентьев сын Головизнин с детьми, Терешка Семенов сын прозвище Первушка, Головизнин с сыном да с внуком и т.д. В том селе дворы бобыльские: вдова Лукерьица Анисимова дочь, Емелка Агафонов сын Мясник, Ортюшко Микифоров сын Шумихин, вдова Авдотьица Денисова дочь Подрезова и т.д. Всего по этой переписи в селе Полянок дворов крестьянских да бобыльских 91 двор".

В дозорных книгах указано:

- «В 1684 г. Успенский монастырь увеличил свои владения оброчными рыбными ловлями в озерах: Лубяном, Быз, по обоим берегам р. Вятки до Полянок, по реке Лубянке...»

 - « Первые монастырские крестьяне были переведены в Поляны из Вобловицкой волости (Слободского уезда). В 1607 г. рядом с Полянами возникает дворцовое село, куда выселилась часть монастырских крестьян.. В 1607 г. упоминаются дер. Люга, д. Черемисская при вершине р.Тоймы, черемисская д.Кукмары».

  - «Река Ошторма впала в Вятку реку, да остров, на нем лес, а за рекою за Вяткою против острова и Полянок сенных покосов по смете на тысячу копен и те сенные покосы косил старец Мисаило с братьею. Да под тем островом пашня монастырская в полях, не разгорожена, а от пашни дворы крестьянские и бобыльские старца Мисаила с братьею, а от дворов крестьянских под тем же островом - горы да дорога зимняя к государеву к житничному двору. А в нем четыре житницы с хлебом, да от житничного двора и Божие милосердие, храмы и монастырские кельи, а от монастыря улицы, да ключ из гор впал в Вятку реку - внизу. Да в том же монастыре двор монастырской животинной, да ворота и дорога, подле монастырские пашни прямо на овраг Дюмдюм (возможно овраг Дюмдюм, пересекающий тогда село Усад).  А с Дюмдюма на Кушак речку, с Кушака на большую на бортную сосну; да по ключу на Вятке реке в двух улицах крестьян и бобыльских  тридцать пять дворов, смешалися с монастырскими кельями».

 - «В 1661 г. архимандрит Сергий подал челобитную, в которой жаловался на то, что «приезжие русские люди и татарови, и черемисы, и мордва в их монастырских ловлях рыбу ловят насильством и называют их монастырския воды своими имянами: озеро Кадышево, да курейка Поползина, да озерко Подборное, да озерки Черновские, да озерко Казанское, да озерко Полянское, да река Казан­ка». Движение шло из-под Казани, т.к. только там живут поблизости все перечисленные народности; названия, данные пришельцами, также ведут нас к Казани: оз. Кадышево, оз. Казанское, р. Казанка...

В соседстве с Вятскими Полянами возникло село Усад - вотчина Казанского митрополита, но год возникновения его неизвестен...«Бывший Полянский поп Пантелей Никитин и крестьянин Ивашка Кузьмин с товарищами... про­сили воевод позволить им селиться за государем в крестьянах... Челобитчикам были даны земли за оврагом Дюдюмом и предоставлена 6-летняя льго­та от государственных повинностей».

В 1681 г. архимандрит Александр подал челобитную царю Федору Алексеевичу, в которой жаловался, "что в 10 верстах от устья р.Оштормы, вверх по р.Вятке до р.Слутки и по ключу в Дюдюмовом овраге, по р.Опггорме и до р.Кушака и деревни Люги самовольно поселились приезжие беглые кресть­яне Матвей Бабушкин и Баженко Чертищев «с товарищи», а по р.Тойме и Слутке и иным речкам и урочищам черемиса Янбулатка Яналов «с това­рищи» и кроме них еще татары, мордва, вотяки и чуваши. Все эти поселенцы, жаловался архимандрит Александр, покинули свои старые места пото­му, что хотели избавиться от всяких государствен­ных повинностей, а монастырь вследствие захвата ими вотчинной земли запустел"...

Архимандриту Александру была выдана царская вла­детельная «правая» грамота, по которой самоволь­ных поселенцев, как русских, так и инородцев, велено выслать на старые их места...

В 1684 г. от... правежа и непомерной «таргости» (жестокости) и «всякого мучения» крестьяне с  вотчины разбежались и сделалось «их вотчине великое запустенье».

...Последовала строгая последняя подтверди­тельная грамота об «экстерриториальности» Пол­янской вотчины». Такими были первые сто лет истории Вят­ских Полян.

Добавить комментарий